Сумерки богов. Хроники Эрры. Книга первая - Питер Чарски

впились в кожу. Ткань тонкой рубашки натянулась, ворот распахнулся, открывая тяжелые груди с темными набухшими сосками. Томас тупо уставился на них, пока она сумбурно говорила, даже не пытаясь прикрыться.

– Томас! Слушай! Я видела… Шамаш плачет кровью! Твой отец… нет, не отец… другой… с крыльями! Они придут с моря, понимаешь? Рыбы, которые ходят вверх ногами! А замок… замок утонет, как тот змей!

– Мам, мам, это сон. Просто сон.

Она как безумная мотала головой, слюна потекла из угла рта.

– Нет! Баргу все знают! Они считают по линькам! Семь линек до потопа! Или восемь? Я забыла… Стиппер уже мертв, я видела его череп в водорослях! В нем живут рыбы… Они вверх ногами… Крылатые рыбы!

– Тише, мам. Прикройся. Ложись.

Томас попытался уложить ее обратно. Она сопротивлялась, ему пришлось схватить ее за руки и прижать к постели. Вскоре силы оставили ее. Она рухнула на подушки, закрыла глаза. Испарина выступила на ее лице, как роса.

– Где я? Кто ты? Том? Мальчик, прости меня… Я опять… Эти видения…

– Все хорошо. Спи.

Он вышел, прикрыв дверь. Сердце бешено колотилось. Перед глазами стояло ее безумное лицо. Мать сходила с ума – Сумрак доедал ее разум. Томас прислонился к стене, с трудом переводя дух.

И тут увидел то, отчего замер и неслышно отодвинулся в тень ниши.

Одрик Лангобар крался по галерее. В одной рубашке, босиком. Двигался тихо, как охотящийся кот. Как вор.

Томас замер, не дыша. Внутренний голос кричал: прячься, дурак!

Одрик подошел к двери комнаты матери. Оглянулся – Томас вжался в нишу, молясь всем богам, которые были и которых не было. Дядя толкнул дверь и тихо проскользнул внутрь.

Приглушенные голоса. Томас почти не дышал.

– …опять кошмары? – голос Одрика, мягкий и нежный. Звуки шуршащего покрывала.

– Одрик… я боюсь. Видела тебя мертвым. В водорослях рыбы ели твои глаза.

– Тише, милая. Я уже здесь. Да ты вся горишь.

Звук поцелуя. У Томаса похолодело в животе.

– Не уезжай в Андергейт. Останься со мной.

– Твой муж приказал. Я его брат, должен подчиняться. Боги, какая ты сладкая…

– К черту его! Он нас всех погубит своей войной!

– Тише. Мальчишки могут услышать. Иди ко мне.

– Когда? Когда ты уедешь? Сколько мне осталось?

– Дня через три, может, четыре – надо еще припасы из деревень собрать.

– Хорошо. О, как хорошо… Не могу без тебя…

Звуки поцелуев, от которых Томаса затошнило.

– Мальчишки… Томас был здесь. Я ему наговорила… бред какой-то…

– Он не догадается. Глупый еще.

Не такой уж и глупый, подумал Томас, вжимаясь в стену. Он стоял не шевелясь. Капли пота текли по спине. В галерее воняло плесенью и его страхом. Если он выйдет сейчас – Одрик услышит и убьет его. Тихо, без свидетелей. Скажет потом, что неуклюжий парень упал с лестницы. В Сумраке все рано или поздно спотыкаются.

Новый Орден IV

Шпионы явились рано, когда караулы еще не сменились, а туман медленно разливался по лагерю. Едва они появились в шатре, Викс сразу узнал их: скрюченный квадр ковылял, волоча левую ногу, а его спутница в пестром платье двигалась с той нарочитой грацией, которая отличает шлюх и воровок. Квадра зовут Синезуб, вспомнил Викс. Странная и нелепая парочка, но Викс платил им не за внешний вид.

– Ну?

Он не предложил им сесть. Викс стоял над картой, уставленной вырезанными из редкого черного дерева фигурками лошадей и людей с мечами, изучая расположение сил, словно его гости были пустым местом.

Квадр подскочил сбоку и трясущейся мохнатой лапой сунул ему два измятых письма. Почти крысиная морда с вытянутым деформированным носом и раздвоенной губой дернулась в подобии улыбки, обнажив крупные желтые зубы.

– Что там? Ты же их уже прочитал? – криво ухмыльнулся Викс.

– Ясное дело, читал, хозяин видит нас насквозь… – подобострастно прошелестел квадр. – Первое – от магистра Боло к кунгу Стипперу. Он зовет кунга на помощь, – добавил он.

– Очень мило. А второе?

– Второе… Его северяне отправили Боло. Называют там вас мятежником, хозяин.

Викс развернул первое письмо. Почерк – дрожащий, словно писал пьяница или умирающий. Вряд ли это был сам Боло. Скорее, писал монах, причем перепуганный до усрачки. Викс живо представил, как это было. Грозный Боло нависает над монахом, орет на него и брызгает слюнями, а несчастный строчит текст: «Великий магистр своему верному другу! Заклинаем тебя нашими победами! Прибудь к Церкви Духа со всеми силами и с величайшей поспешностью. Узурпатор Викс…» Дальше можно было не читать. Второе письмо оказалось куда интереснее. В нем лесник Эли сдавал его, орденского консула Викса Хелену, с потрохами, уверяя Боло в своей собачьей преданности и обещая поддержку против «этого мятежного пса».

– Как добыли? – Викс аккуратно сложил письма.

Женщина хихикнула. Звук напомнил скрип ржавых петель.

– Ой, милорд, нет ничего проще, чем узнать тайну, которую доверили мужику. Особенно если у мужика есть член, а у тебя бурдюк вина. – Она облизнула губы. – Гонец Боло, которому было приказано скакать что есть мочи, решил, что он заслужил отдых в харчевне «Хромая лошадь». Это тут недалеко… А я помогла ему… расслабиться.

– А северяне?

– Того Синезуб встретил. – Женщина кивнула на своего напарника. – В переулке. С ножиком.

Викс достал кошель, отсчитал монеты. Не глядя – он знал сколько. Переплачивать шпионам так же глупо, как недоплачивать. Положил деньги на стол.

– Следующий раз через неделю. Если будет что срочное – обычным путем.

Квадр ловко сгреб деньги и поклонился, насколько позволяла его скрюченная спина. Женщина задержалась на миг.

– Милорд… От имени Боло собирают ополчение. Говорят, человек триста уже набрали.

– Крестьяне с вилами?

– Из городской стражи многие пошли. Он платит золотом.

Викс кивнул. Информация стоила дополнительных монет, но он не стал доставать кошель. Пусть думает, что в следующий раз получит больше, – голодная собака служит лучше.

– Знаешь, что? – спросил Викс и замолчал.

Было слышно, как вдалеке перекрикиваются часовые, военный лагерь уже просыпался.

– Да, хозяин? – через мгновение напомнил Синезуб.

– Любые сведения о семье Лангобар: где они, что замышляют, кто остался в Жусе и… в общем, все, что есть, – по двойной цене.

– Вы так добры, милорд! – Женщина показала неровный ряд зубов, один из которых блеснул золотом.

– Убирайтесь.

Когда шпионы ушли, Викс созвал командиров. Они собрались в его палатке – пятеро мятежников в доспехах поверх орденских роб. Викс видел их всех насквозь. Каждый из пятерки тянул одеяло на себя, каждый думал, что умнее остальных. Каждый представлял себя рядом с ним, консулом Второго легиона. Так что орденские знаки под броней не добавляли им святости. И Викс знал цену верности каждого.

– Боло зовет Стиппера. – Он бросил письма на стол. – И северяне предали нас. Эли – напыщенный грязный ублюдок. Так что никаких правил больше. Будем бить первыми.

– Северян? – Брат Шан почесал бороду. – У них арбалетчики, милорд. Если заберутся на холм да обставятся щитами – нам конец. Клянусь Феррой, конец! Перестреляют. Одни будут заряжать, а другие укладывать нас как куропаток.

– Знаю. Придумаем, как их взять. Поэтому сначала разберемся с Боло. Завтра пораньше, пока не сошел туман, выступаем к Церкви Духа. Шан, ты возьмешь эквит всадников и обойдешь с востока. Тарек – с запада, поведешь второй эквит. Я пойду с ферритами прямо по дороге с еще одной полусотней. Фесто идет со мной.

– Всего двести пятьдесят? – Тарек нахмурился. – А остальные?

– Остальные останутся в лагере. Показывать, что мы никуда и не выступали. – Викс обвел их взглядом. – Северяне должны думать, что мы готовимся. Харм, а ты проследи, чтобы костров жгли вдвое больше обычного. Пусть они видят дым.

Командиры согласно закивали. Викс удовлетворенно